Глава II Древнейшая Бактрия

Настороженная фигурка лани, кажется, прислушивается — чуть шорох, и она сорвется в быстром прыжке.

А вот на бляхе четыре козла убегают от конных охотников. Один из охотников целится из лука, другой метнул копье, и мы видим это копье, застрявшее в спине у козла.

Большой ребристый рог для вина — ритон украшен внизу изображением фантастического животного: клюв хищной птицы, козлиные рога, крылья и львиные лапы—поистине, страшный зверь!

Очень разнообразны и украшения. Вот золотые браслеты, изображающие змей. Несомкнутые концы одного браслета украшены головками уток, на концах другого — козлиные головки, у третьего — бараньи.

Много этих замечательных вещей, невозможно описать их все. А сколько пользы может извлечь археолог-историк из изучения этих вещей, какие интересные детали выявляются в изображениях!

Все эти вещи уже прочно вошли в научный обиход и широко использованы различными учеными в работах по искусству и культуре Востока. Однако, нельзя сказать, что исследователи, касавшиеся этих вещей в своих работах, за полстолетия добились полной ясности в их объяснении. Дальтон, изучая "Аму-Дарьинский клад", считал, что это действительно клад, то есть, что все вещи были найдены вместе и одновременно. С другой стороны, он предполагает, что эти вещи привезены в Среднюю Азию из Ирана. Но мы должны подойти к этой коллекции с особенной осторожностью.

Решение вопроса Дальтоном нельзя признать убедительным.

Некоторые монеты относятся к III—II векам до нашей эры, а многие из других вещей значительно древнее (VI—V века до нашей эры).

Скорее всего эти вещи постепенно скопились в руках местного населения: люди могли находить их и случайно и специально занимаясь поисками - кладов. Ведь Тахти-Кобад был местом кладоискательства, об этом писал еще русский путешественник Н. Покотилло, который побывал здесь в 1886 г. Возможно, что- здесь был найден не один, а несколько кладов.

Относительно места находки всех этих вещей можно определенно сказать лишь то, что они найдены где-то на территории Кобадианского оазиса.

Многочисленные открытия советских археологов в Средней Азии за последние 15—20 лет дали нам в руки новые богатые данные, которые позволяют решительно пересмотреть положения Дальтона. Так, мы знаем теперь, что в Средней Азии была своя высокая культура, и нет оснований считать, что все замечательные вещи "Аму-Дарьинского клада" обязательно привезены из Ирана. Некоторые из них к тому же имеют довольно мало сходства с известными нам памятниками персидского искусства.

Во всяком случае, история "Аму-Дарьинского клада" показывает, что в Кобадианском оазисе должно быть много памятников глубокой старины, которые могут нам помочь в решении волнующих нас проблем. Поэтому было решено, окончив раскопки на Туп-хоне, перенести основные работы в Кобадианский оазис.

В 1949 г. работы в южном Таджикистане не про-изводились, так как все силы экспедиции были брошены на раскопки древнего Пенджикента, о которых будет рассказано во второй части этой книжки. В 1950 г., после месяца работы в Пенджикенте, Кафирниганский отряд, начальником которого был по-прежнему автор этих строк, направился в Микоянабад. В тяжело нагруженной машине было семь человек. Среди них был Сергей Борисович Певзнер, сотрудник Кафирниганского отряда со дня его основания.

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"