Диван-и хасс

Верховным сельджукидским доменным учреждением являлся диван-и хасс, который был одновременно личным султанским диваном*. В его ведение было передано все движимое и недвижимое имущество и казнохранилище правящей фамилии. Диван-и хасс управлял и коронными землями, которые были разбросаны по всей империи.

* В официальных грамотах сельджукидских правителей он именуется также "диван-и ма", что буквально означает "наш диван" [153, 20].

После распада Сельджукидской державы это обстоятельство придало диван-и хасс важное политическое значение. Верховные султаны всячески стремились не только закрепить за собой прежние владения, но и приобрести новые. Санджар ибн Малик-шах нередко передавал доменные земли в вассальных областях под управление своего дивана [195, 457].

Диван-и хасс, как и другие верховные государственные учреждения Сельджукской державы, состоял из целого штата служащих*. Финансовыми делами, учетом налоговых и прочих сборов заведовал специальный чиновник так называемый мустауфи**. Очевидно, ему непосредственно подчинялись мухасибы, которые отдаленно напоминают "бухгалтеров" [153, 22]. В диван-и хасс существовала и особая должность вакила, управлявшего доменными поместьями и другими земельными владениями.

* Служащих диван-и хасс контролировали представители верховных органов государственной власти.

** Подобно другим чиновникам султанского дивана, вероятно, он был подотчетен диван-и ала, точнее главе диван-и истифа, который также назывался мустауфи или вернее мустауфи-йи мамалик.

Следует отметить, что в компетенцию султанского дивана входило управление и целыми провинциями. Назначавшиеся сюда губернаторы (вали) или специальные уполномоченные (вукала) считались наместниками верховного султана (нийабан-и хазрат). В XII в. в ведении султанского дивана находился и г. Мерв — столица Восточносельджукской державы. Сюда же были включены городские окрестности (навахи) и сельская волость (руста). Мервская область уплачивала поэтому налоги и подати непосредственно в диван-и хасс [153, 22]. Султанскими подданными (раийат) считались также кочевые туркмено-огузские племена, жившие на территории управлявшихся его наместниками провинций [193, 178].

Очевидно, с султанским диваном непосредственно была связана и казна, называвшаяся хазина-йи хасс. В ней хранились почетные одежды (хилат), украшенные серебром шапки (кулах), золотая сбруя, пояса (камар), инкрустированное драгоценными камнями оружие и т.д. Отсюда выдавались награды, являвшиеся нередко и знаками отличия сановников, гражданских и военных чинов. В качестве подобных символов власти обычно служили барабаны или литавры (кус), а также знамена (алам). Хранителями богатств и сокровищ хазина-йи хасс являлись специальные чиновники (хазана). Они были подотчетны главе диван-и истифа и контролировались мушрифом*. В казну Сельджукидов поступали не только дорогие изделия**, но и определенный вид налога (мал-и хазина). Скорее всего, он предназначался для оплаты казначеев и некоторых других категорий служащих [153, 23].

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"