МЕСТО, НАРИЦАЕМОЕ ЕРЕЛЬ

Летописное известие, сообщая о победе Мстислава Изяславича над половцами в 1152 г., дает вместе с тем и географическое определение той местности, где произошло сражение, указывая, что Мстислав разбил половцев "на Угле и на Самаре", причем захватил половецкие вежи, коней, скот и взял много пленных, после чего возвратился в Переяелавль [1].

Вторичное упоминание о той же местности имеется в довольно подробном описании похода 1170 г., когда против половцев соединились многие русские князья. Они пошли на юг долиной Днепра и находились уже на расстоянии девяти дневных переходов от Киева, когда получили известие, что половцы, проведавшие о приближении русских дружин, поспешно бежали. Русские князья после этого захватили у половцев "веже их на Угле реце, а другые по Снепороду" и настигли самих половцев у Черного леса, где, "притиснувше к лесу", одних избили, других пленили, за остальными погнались "даже за Въскол" [2].

Сопоставление обоих приведенных выше летописных указаний давно уже послужило для исследователей основанием отождествить Снопород [3], или Снепород, с рекой Самарой, впадающей в Днепр с левой стороны, выше Днепровских порогов; в реке же Угле обыкновенно видят нынешнюю реку Орель [4] (левый приток Днепра, впадающий несколько выше Самары), главным образом на основании многократно цитировавшегося известного выражения Ипатьевской летописи о Руси, которая, отогнав половцев (1183 г.), стала "на месте, нарицаемем Ерель, его же Русь зовет Угол" [5].

Отождествление Угла — Ерель — Орель, равно и Снопород — Снепород — Самара, нельзя не признать в основном правильным, однако следует обратить внимание на то, что в последнем отрывке летописи говорится вовсе не о реке, а о "месте, нарицаемем Ерель". Следовательно, это "место" (а не только река) требует для себя особого географического приурочивания к современной марте. Мнение С. М. Середонина, что в данном случае летопись под словом "Ерель" подразумевает "местность по этой реке", принять трудно, потому что определение это слишком неясно, растяжимо и в сущности нисколько не разрешает вопроса [6].

Когда встречаются в источниках такие выражения, как Поросье, Поволжье, Поднепровье, то их смысл не вызывает сомнений, они действительно обозначают местность по реке. Но подобное объяснение неприменимо к приведенному тексту Ипатьевской летописи, где указано не "Поорелье", или "Поерелье", а отмечается совершенно определенное "место".

Для выяснения географического местоположения "места" Ерель проследим район реки Орели на старинных картах XVI —XVIII вв.

На картах Московии Герберштейна, гравированных Я. Гастальдо, в издании 1550 и 1566 гг., река Орель носит название Arela [7]. На карте юго-западной Московии того же Гастальдо 1562 г., а также у Меркатора в карте Russia cum confiniis 1594 г. и, наконец, у С. Нейгебауэра в его Moscoviae totius cum regionibus finitimis descripto 1612 г. [8] везде Орель поименована Ариэль, причем в районе реки нет ни одного пункта, который имел бы сходное с рекой название. Только на карте Исаака Массы 1633 г., озаглавленной Novissima Russiae tabula, мы впервые встречаем при устье этой реки населенный пункт под названием Orel [9].

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"