Проблемы истории огузов и туркмен XI — начала XIII вв.

Следует отметить, что в советском и зарубежном востоковедении существует различный подход к оценке завоевания сельджукидами Передней и Малой Азии. Ряд буржуазных авторов считает, что огузы и туркмены XI—XIII вв. нанесли серьезный удар цивилизации покоренных ими стран Востока {Подобная точка зрения приводится в работах М. А. Чаплички, Р. Груссэ, П. Сайкса и других авторов (546; 588; 730; 732; 743; ср. 173; 664; 738)}.

Многие реакционные историки Западной Европы и США пытаются доказать, что причиной крестовых походов явилось надругание туркмен и огузов над христианскими святынями Палестины {Противоположная тенденция, допускающая идеализацию сельджукидских завоеваний, характерна для работ отдельных турецких историков (587)}. Однако подобные концепции отвергаются наиболее прогрессивными буржуазными медиевистами, в частности, К. Каэном (530). Абсолютная несостоятельность теории о "вандализме" и "фанатизме" огузов и туркмен XI—XIII вв. вскрыта в работах советских историков (150; 151; 152).

В трудах советских исследователей констатируется, что сельджукские завоевания не имели одинакового характера во всех странах Востока. В Хорасане и Малой Азии, например, сельджукиды придерживались иной политики, чем в Южном Иране, Ираке, Сирии (157; 31; 313). Покорение сельджукидами Ближнего и Среднего Востока сопровождалось многочисленными насилиями и грабежами мирного населения. Несмотря на это, сельджукское завоевание объективно способствовало дальнейшему развитию феодальных отношений в Западной Азии. В этом социально-экономическом последствии заключается главное историческое значение образования сельджукской империи.

Среди исследуемого круга проблем спорный характер имеет и вопрос о статусе огузов и туркмен в державе сельджукидов. Ряд современных турецких историков подчеркивает напряженность отношений между туркменскими племенами и центральной властью. И. Кафесоглу, например, отмечает, что при старшей ветви сельджукидов высшие гражданские должности оказались в руках иранцев. Вожди туркмен первоначально занимали главные командные посты в сельджукской армии {Турецкий историк М. А. Коймен в своей рецензии на монографию И. Кафесоглу высказывает иную точку зрения. М. А. Коймен полагает, что такое положение сохранялось при Мухаммеде Тогрул-беке и Алп-Арслане, но в правление Меликшаха туркмены начинают занимать и гражданские должности. Период царствования Меликшаха, по его мнению, характеризуется усилением влияния тюрок в политической и культурной жизни империи сельджукидов. Мнение М. А. Коймена встретило, однако, категорическое возражение со стороны И. Кафесоглу (640, с. 557—601; 623, с. 463—489)}.

Однако их вскоре стали заменять предводителями гвардии из рабов-гулямов. Засилье чиновников-иранцев в государственных диванах и мамлюкских главарей в войске привело к недовольству туркменских наследных беков и ханов. Отношения между правящей династией и туркменскими племенами неуклонно ухудшались. И. Кафесоглу вместе с тем указывает на широкую раздачу сельджукидами туркменской знати многочисленных иктовых владений (622).

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"