Охотничий промысел огузов и туркмен

Огузы и туркмены наряду со скотоводством занимались также охотой. В основном это был промысел кочевых и полукочевых племен, в рационе которых мясо диких животных занимало видное место. Такой вывод напрашивается при изучении данных средневековых нарративных источников. В IX в. Йакуби писал, например, что все кочевые тюрки, среди которых упоминаются и огузы, "больше всего едят дичь" (265, с. 150).

Интересное описание охотничьих способов, применявшихся тюрками в IX в., содержится в труде Джахиза. Тюрки, по его словам, очень любят охотиться и даже во время набегов промышляют дичь. Они берут с собой жеребца либо кобылу и отправляются на охоту. В случае неудачи охотник питается молоком кобылы или режет коня. Сидя на лошади, тюрки преследуют диких животных, стреляют любых птиц. Тюрки не испытывают удовольствия от пищи, если она не приготовлена из дичи (243, с. 230, 232, 235).

Существование охотничьего промысла у огузов отмечается и в источниках X—XI вв. Масуди сообщает, что степные тюркоязычные племена едят даже ястребов и ворон, они "не знают другого дела, кроме охоты" (11, с. 75; ср. 179, л. 49; 455, л. 134).

Среди огузских племен X в., судя по тексту Идриси, имелись также охотники на пушных зверей. Огузы, жившие на Яике, Эмбе и в предгорьях Южного Урала, охотились на речных бобров и степных лисиц. Важное значение имел при этом промысел так называемых красных лисиц, меха которых ценились очень высоко {В произведении Масуди говорится, что меха красных лисиц добывались в стране тюрок, живших между Хазарней и Буртасией (12, II, с. 181)}.

В средневековых источниках отмечается, что охотничьим промыслом занимались и кочевые племена сельджукского объединения (595, I, с. 358, 359). Ибн Хассул пишет о тюрках XI в., под которыми подразумеваются и сельджуки, что они очень любят дичь {Следует отметить, что охота является постоянным спутником героев огузских эпических сказаний (700)}.

Кочевые тюрки необычайно выносливы на охоте, особенно в преследовании джейранов и куланов (493, с. 259, 260). Сельджукские племена для охоты на птиц и диких животных применяли соколов, беркутов и гончих собак (720, с. 106). В числе охотничьих соколов упоминается балобан (ительги), с помощью которого туркмены промышляют дичь и в настоящее время (373, с. 56).

Охота, таким образом, не являлась самостоятельной отраслью хозяйства огузов и туркмен X—XIII вв. Преимущественно охотничьим промыслом занимались кочевые и полукочевые племена. Однако среди огузов, вероятно, имелись и морские охотники, промышлявшие ловлей соколов и пеликанов на восточном побережье Каспия (265, с. 210). Это было оседлое или полуоседлое население, сочетавшее охоту с рыбной ловлей (265, с. 61, 210). Особенно большое значение среди огузов и туркмен охота имела для малоимущих и бедных семей (212, с. 64, 65).

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"