Семизы и кесамиры

Семизы и кесамиры в начале XX в. рассматривали себя как два близких между собой, но самостоятельных племени [161, 106, 107]. Мои информаторы отрицали былое родство этих групп с локайцами и катаганами. Однако в генеалогии катаганов, приведенной Лордом, мы находим обе эти группы. Более того, по свидетельству последнего, правитель Кундуза Мурад-бек принадлежал к кесамирскому роду карлыгач [203, 273, 274]. Это подтверждается свидетельством моих информаторов о том, что Сары-хан, прямой потомок Мурад-бека, правивший Кулябом и Бальджуаном с 1850 г. вплоть до ликвидации самостоятельности Кулябского владения в 1870 г., был из кесамиров.

И. П. Магидович считал семизов одним из родов племени найман [228, 201]. Мне неизвестно, чем руководствовался И. П. Магидович, без колебаний относя семизов к найманам: тем ли, что в 20-х годах текущего столетия, когда собирались материалы для Комиссии по районированию Средней Азии, семизы, возможно, еще помнили свою принадлежность к найманам, или тем, что этноним семиз был среди казахов-найманов [30, 393]. Как бы то ни было, мнение И. П. Магидовича представляется мне правильным.

По казахским преданиям, группа под названием семиз появилась в составе найманов примерно в середине XVII в. [343, 71, 72], поэтому можно предположить, что семизы оказались в верховьях Амударьи среди казахов, которых Субханкули-хан привел в Балх в составе своего войска в начале XVIII в. [241, 162]. Какая-то часть найманов, в том числе семизы, могла остаться в Балхской провинции, присоединившись к обосновавшимся здесь ранее узбекам-найманам. Могли они прийти и позже, в конце первой четверти XVIII в., когда разгромленные джунгарами казахи растеклись по всему Мавераннахру.

Как отмечалось выше, в начале XX в. узбеки-найманы жили в Кулябской области, где они занимали всего один кишлак в долине Кызылсу. Эти найманы, как и семизы, вероятно, являлись осколком узбеков-найманов, продвинувшихся далеко на восток или при завоевании изучаемых районов Шейбани-ханом, или позже, в период распоей между найманами и конгратами в XVII —начале XVIII в.

Кесамиры были включены И. П. Магидовичем в группу невыясненного происхождения. Сравнительный анализ их генеонимов позволил установить, что в формировании этого племени определенную роль сыграли группы найманского и мангытского происхождения. По-видимому, найманским был род карлыгач, так как одноименный род встречался и среди казахов-найманов [343, 72; 238, 75]. К мангытским группам я отношу роды шикни и ногай. Согласно генеалогической таблице узбекского племени мангыт, группа киикчи являлась подразделением рода курама*. Это подтверждается и косвенным свидетельством капитана Быкова, который сообщил, что в кишлаке Ходжахайран-Киикчи, расположенном на левобережье средней Амударьи, жили узбеки-курама, "родственные племени мангыт" [76, 50]. О принадлежности обитателей этого кишлака именно к роду киикчи есть указания и у других авторов [182, 286; 349, 427]. Таким образом, можно утверждать, что киикчи являлись осколком той части мангытов, которая составилась из представителей различных родов путем их объединения в сложную по составу группу — "курама", само название которой (сборный, лоскутный) говорит о ее неоднородности.

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"