* * *

В конце XIX — начале XX в. среди таджиков изучаемой территории, вероятно, существовал еще ряд этнографических групп (если не первого, то второго и третьего порядка), но, к сожалению, я не располагаю сведениями о них. Будем надеяться, что дальнейшие исследования таджиковедов (этнографов и диалектологов) внесут исправления и дополнения в приведенные выше сведения.

В материалах Комиссии по районированию Средней Азии отмечается, что во время обследования 1924 г. в ряде местностей на территории бывшего Бухарского ханства жители к названию своей национальности "таджик" присоединяли еще и название того или иного узбекского племени.

В изучаемых мной районах в 1924 г. были зафиксированы следующие узбекские генеонимы, прилагавшиеся к таджикам: мусабазари (140 человек в районе Каратага), балгалы (115 человек в районе Каратага), найман (335 человек в районе Каратага и 100 — в районе Сариасия) и тартулы (100 человек в районе Бальджуана и 1540 — в районе Дербента) [228, 232, 233, табл. 9, 274, табл. 10, 283, табл. 18]. Из них при обследовании я встретила только мусабазари.

В материалах 1924 г. нет сведений о таких территориальных группах таджикского населения, как кулоби, роги, каратегини и других, и потому я не имею возможности дать характеристику их расселения по бекствам. Судя по данным 1924 г. [228, 274, табл. 10, 283, табл. 18], чагатай были распределены по бекствам следующим образом: в Хисаре их было 27 935 человек (27,9% всего таджикского населения этого бекства), в Денау — 3420 (34,9%), в Байсуне — 12991 (57,7%), в Кабадиане — 2735 (100%) и в Бальджауне — 9270 человек (14,7%). В Кулябском бекстве таджики-чагатаи не были зарегистрированы, а 590 чагатаев Шерабадского бекства, отнесенных в 1924 г. к таджикам, в действительности были узбеками (см. ниже, стр. 69).

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"