ВВЕДЕНИЕ

Приступая к написанию "Очерка истории тангутского государства", автор надеялся представить советскому читателю относительно полную и связную историю тангутского народа от его далеких истоков до исчезновения. До сих пор мы не располагаем ни одним исследованием, достаточно полно характеризующим историю тангутского народа. Исключение составляют блестящие для своего времени и не утратившие значения и по сей день переводы из китайских источников, выполненные более ста тридцати лет назад Н. Я. Бичуриным. Однако круг использованных Н. Я. Бичуриным источников не охватывал всех сведений о тангутах, имевшихся в династийных историях; его книга не может полностью удовлетворить потребность в связном и достаточно полном изложении истории тангутского народа.

Не считая китайских публикаций источников, литература по истории Си Ся ограничивается полутора десятком японских статей и единичными статьями на русском, китайском, французском, немецком и английском языках. Все они посвящены частным вопросам и не дают полного представления о прошлом тангутского государства. А между тем знание истории тангутского народа, несомненно, имеет немалое значение для изучения прошлого Центральной Азии в домонгольскую эпоху. Тангутский народ сыграл некогда заметную роль в жизни этого района и оказал влияние на культуру соседних народов. Изучение его прошлого поможет исследовать процессы становления государственности у соседних с Китаем народов, а также весьма актуальные вопросы взаимовлияния китайской культуры и местных самобытных культур народов Дальнего Востока и Центральной Азии.

Мы не вправе, как это делают некоторые историки [Ван Чжун, Лунь Си Ся ды синци, — "Лиши яньцзю", 1962, № 5, стр. 20], рассматривать прошлое соседних с Китаем народов, проживавших или проживающих ныне на территории КНР, лишь как "подготовительный этап" к созданию единого государства. Признавая плодотворное влияние китайской цивилизации на культуру соседних племен и государств, мы не должны ни отрицать самостоятельного значения прошлого этих народов, ни пытаться оправдывать и такие методы их объединения, как завоевательные войны Чингисхана, приведшие к истреблению целых народов.

На советских ученых ложится особая ответственность в деле изучения истории и культуры тангутского народа. Благодаря неустанным поискам замечательного русского исследователя Центральной Азии П. К. Козлова, обнаружившего в развалинах мертвого города Хара-Хото и сохранившего мировой науке цен-ную коллекцию памятников тангутской культуры, советские ис-следователи располагают уникальным собранием тангутеких письменных источников.

Работы советского ученого проф. Н. А. Невского над этими памятниками получили всеобщее признание и удостоены высшей награды — в 1962 г. ему посмертно присуждена Ленинская премия.

Исследование и интерпретация памятников тангутской пись-менности уже сейчас требуют по возможности детального зна-комства с прошлым тангутского народа [В 1930 г. на майской сессии АН СССР акад. В. М. Алексеев выступил с докладом "Об организации изучения тангутского фонда Азиатского музея в связи с новейшими успехами китайской историографии". Он предлагал перевести основные китайские источники о тангутах на русский язык, справедливо полагая, что в работе над тангутским фондом "без знания истории Западных Ся нельзя ничего предпринимать", что "лингвист без исторической подготовки будет слеп" (Архив АН СССР, оп. 820, разд. 2, ед. хр. 153, стр. 9, 10)]. И если китайские источники не в состоянии дать ответ на многие интересующие нас вопросы прошлого тангутского народа, то, используя их, мы постараемся расшифровать тангутские письменные памятники, которые откроют новые перспективы в изучении культуры тангутского государства и, возможно, сопредельных стран и народов.

Назад 1 2 3 4 ... 287 Далее

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"