Борьба Лян-цзо за укрепление своей власти внутри страны и международного престижа Си Ся

Лян-цзо, как и Юань-хао, весь короткий период своего самостоятельного правления стремился совершенствовать государственный аппарат Си Ся и укреплять международное положение тангутского государства. В 1062 г. он изменил наименования военных округов. Речь шла не просто о их переименовании. Реформы предусматривали некоторую передислокацию войск и повышение их боевой готовности. Округ Сишоу был переименован в Сиши [См. ЧБ, гл. 196, стр. 236; ССЦ, гл. 13, стр. 5а.], что было связано с передислокацией войск округа в районе Ланьчжоу ближе к стыку тангутско-китайско-тибетской границ.

В этом же году Лян-цзо вносит незначительные изменения в систему управления [См. ССШШ, гл. 20, стр. 116. См. также стр. 111 настоящего издания.], о которых говорилось выше.

Лян-цзо завязал культурные связи с Китаем. В годы его правления тангуты получали из Китая историческую и философскую литературу, справочники и очень много буддийских сочинений [См. СШ, гл. 485, стр. 3788; ССЦШБМ, гл. 20, стр. 4а—5а.]. Расширялись торговые отношения между двумя странами [См. ССЦШБМ, гл. 20, стр. 4а.]. Лян-цзо даже неоднократно просил китайцев прислать ему опытных ремесленников. Но всякий раз получал решительный отказ сунского двора [См. там же, стр. 56.].

Лян-цзо, как и его отец, много сделал для укрепления тангутского государства. У своего соседа тангуты могли позаимствовать многие достижения науки и культуры того времени. Опыт подсказывал, что мир с Сун обеспечил укрепление экономики Си Ся, усилил тангутское государство. В первые годы своего правления Лян-цзо придерживался мирных, дружеских отношений с Китаем.

Тангутское государство было вполне самостоятельным в решении любых вопросов внутренней и внешней политики, хотя по договору 1044 г. тангутский государь и признавал себя младшим во взаимоотношениях с императором Сун. Это должно было выражаться в точном соблюдении церемониала, определявшего их взаимоотношения в переписке и во время дипломатических приемов. И тем не менее каждый раз именно в этом вопросе между обеими странами возникали недоразумения. Тангуты намеренно нарушали церемонии, а сунские чиновники рьяно следили за соблюдением положенного этикета.

О характере такого рода конфликтов мы можем судить хотя бы по встрече Чжан Цзун-дао, китайского посла, прибывшего с дарами ко дню рождения Лян-цзо. Как только посольство, возглавлявшееся Чжан Цзун-дао, вступило на территорию Си Ся, его встретили представители тангутского двора. Тангутский чиновник непременно хотел ехать впереди Чжан Цзун-дао. Это уже являлось нарушением этикета, и Чжан Цзун-дао решительно протестовал. Сели обедать. И здесь Чжан Цзун-дао заявил резкий протест (так как, по его мнению, его посадили не на то место. — Е. К.). Встречавший посольство тангутский чиновник в ответ сказал: "С левой стороны находится государь. Такому порядку церемониала следуют постоянно. Как посол Сына Неба может сомневаться в этом?" На что китайский посол с гордостью возразил: "[Тангутский] государь и Цзун-дао находятся в равном положении, так как [оба] служат Сыну Неба. Если [для встречи] прибудет даже сам государь Си Ся, он должен быть гостем. Твой государь вассал! Как он может стать хозяином? Должно следовать древним порядкам, и по ним Цзун-дао надлежит занимать верхнее место!".

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"