Указ 10 мая 1737 г.

Этим указом поведено было сбирать, сверх подушных денег, с русских по 1 четверику с души хлеба, а с пашенных татар и других националов по 2 четверика и потом переписать националов, имеющих пахатные земли, как то: татар, мордву, чуваш и мари.

П. С. З., т. X, № 7244, стр. 135.

Из наказа Чебоксарского уезда Кинярской волости, от новокрещен из чуваш [21] 1767 г.

2. А в прошлом 1760-м году ноября 28 дня бывший козьмодемьянский с приписью подьячий, что ныне коллежский регистратор Илья Яковлев сын Сергеев, чинит нам великие разорения и обиды. Во-первых, похваляется нашей деревни Мурзаковой все дворы сжечь, а имеющуюся разстоянием нашу мельницу, коя в шести верстах на речке Малом Сукдыре, которая еще была меленькою колотовкою в окладе написана деревни Мургаковы за чувашенцом Илеброй Сапаевым, и о том в Чебоксарской канцелярии значит в окладных книгах именно. Во-вторых, как оною мельницею, так имеющеюся около оной по обоим сторонам землею, на двести на пятьдесят овинов, объявленный Сергеев, незнамо почему, называя ту землю своею, якобы ему оная отказана за дикое поле, с которою землею и объявленную мельницу отнял. А оная земля и мельница подлинно изстари наша ясашная, и о том ссылаемся на окольных старожилов Казанского, Цывильского, Ядринского и Курмышского уездов; которую мельницу, он Сергеев, в прошлом 759-м году, собрав с собою Козмодемьянского уезда из чуваш новокрещен и из русских до двадцати пяти человек и приехав, бывшего на оной мельнице держателя нашего чебоксарского посадского человека, Григорьева Засыпкина бил, и имеющиеся в анбаре камни и весь мельничный инструмент велел выбросить вон и что было железного, побрав, увез с собою. И доныне то мельницею и землею да еще за Волгою рекою на Барацком острову сенными покосами, на триста копен, владеет насильством своим весьма напрасно. О чем в том 759 году в августе месяце в Чебоксарской воеводской канцелярии и явочное челобитье от нас подано.

3. Да в прошлом-же 1760-м году в апреле месяце, егда вспахали мы, именованные, на ясашной земле своей, коя состоит в общей у нас близ деревни Мурзаковы даче, для посева ржаного и ярового хлеба, и на ту вспаханную нами землю, приехав он, Сергеев, с дворовыми своими людьми, самовольно насильством своим посеял ржи шестьдесят, ярового хлеба двадцать четвертей; и тот хлеб он, Сергеев, в том же году приказал крестьянам своим сжать и обмолотить. Да сверх того его ж, Сергеева, дворовые люди самовольно скосили сенных наших покосов сто пятьдесят пять копен, и перевезли к себе. Да в 761-м году на той же нашей земле он, Сергеев, усильством своим посеял ржаного хлеба шестьдесят, ярового в полы да овса тридцать четвертей, который и сжал, да сена на наших лугах подкосил пятьдесят копен. И оный хлеб, також и сено потому-ж свез к себе, и дворовые его люди, Сергеева, изломали озорнически в дрова собственного нашего строения одну избу да баню и сожгли оные. И о том в том же 761-м году в сентябре месяце в Чебоксарской воеводской канцелярии значит поданное от нас явочное челобитье. И подле означенной же нашей деревни и мельницы построил себе деревню, и населил крестьян немалое число. И хотя по указам... будучи у дел, ни на свое, ни на постороннее лицо ни под каким видом земель крепить никому за собою не велено, но он, Сергеев, получа наглым своим насильством и озорничеством во владении себе ту нашу крепостную мельницу, землю и сенные покосы, и до ныне владеет. И как от него, так и от людей и крестьян: его нам, именованным, бедным и безгласным новокрещеным, нигде уже проезда и прохода, за происходящими нападками и побоями, жительство иметь невозможно. И в такое пришли разорение, что уже некоторые новокрещены из нашей братьи и домов своих лишились...

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"