Из Львовской летописи 1551 года

И видев то казанскые люди в городе и по селом, что горние люди твердо к государю укрепилися, и им нужа великая, со все стороны их воюють, и проезду ни ис которого государства нет, ни отколе помощи собе не чають, понеже бо люди великого князя Волгою от Василя города и по Каму, а Камою вверх по Вятку, и Вяткою вверх по всем перевозом дети боярскые и стрельцы и казакы крепко стоять умышлением государьскым, а службою и дозором воеводскым, — и начаша рознити казанцы с крымцы. И приходили чюваша арская з боем на крымцов: "О чем де не бьете челом государю?". Пришли на царев двор, и крымцы Кощак улан с товарищи с ними билися, и побили чувашу: бог бо их смяте мужуусобною бранью за многопролитие хрестиянское. И приехали ко государю служити многие князи и мырзы, видев государево великое жалованье, а свое изнеможение; а государь их жалуючи опять отпущал во Свияжской град, а велел их тут устраивати. И крымцы видев то, что им от казанцов быти отданым государю, собрався все, да пограбя, что возможно, побежали ис Казани триста человек уланов и князей и азеев [40] и мурз и казаков добрых, опричь людей, а жены и дети пометав. И прибежали на Каму, а тут стоять великого князя дети боярские и стрельцы; и они побежали вверх по Каме и прибежали к Вятке реке, а уже тут не чаяли великого князя людей, стояли бо утаяся по сторожкам, а стоял Бахтеяр Зузин с вятчаны, да казакы государевы Федька Павлов да Северга Баскаков. И крымцы поделав тары [41], да павезлися; и пришел на них Бахтеяр с вятчаны и казаки, да их побили наголову и потопили, а живых изымали Кощака улана, Барболсун улана, Торчи князь богатыря, Ишмахумета мырзу Сулешева брата крымского, и иных уланов и князей изымали их живых и к государю привели сорок шесть человек; и государь их за их жестосердие казнити велел смертию. А казанцы почали посылати к Шигалею и к воеводам бити челом, чтобы государь пожаловал гнев свой им отдал, а пленити их не велел, а дал бы им на государьство царя Шигалея, а Утемешь бы Гирея царя государь к себе взял и с материю Сююнбук царицею; а приезжал с тем ко царю и воеводам Кулшериф-молна [42] да тюменской князь Бибарс Растов. И поговоря царь с послы с казанскыми, да ответ им учинил, чтобы они о том послали ко государю царю и великому князю бити челом, как их государь пожалует, а срок им учинили не воевати их дватцать ден. И казанцы послали к государю Енбарса мурзу Растова сына; а царь и бояре послали к государю сына боярского Якова Губина, a с ним ко государю послали о всем подлинно о казанском деле. И государь у собя Енбарсу мурзе велел быти и его челобитья слушал; и Енбарс подал от земли челобитную грамоту: "Царю государю великому князю Ивану Васильевичю всеа Руси Кудайгул улан в головах да Муралей князь и вся земля Казанскаа, молны и сеиты, и шихы и шахзады, и молзады, имамы, азии, афазы, князи и уланы, и мырзы и ичкы [43], дворные и задворные казакы [44] и чуваша, и черемису, и мордва, и тарханы, и можары, и вся земля Казанскаа, тебе, государю, челом бьють, чтобы государь пожаловал, гнев свой отдал, а дал бы им царя Шигалея [45] на царьство, а Темиш-Гирея бы царя и с материю государь взял к себе, а полону бы русскому воля дати, а в неволю бы государь пожаловал не имал, и крымцев достальных и жены их и дети отдати государю; так бы их государь пожаловал, о том челом бьють". И государь, выслушав челобитье, да велел Енбарсу ответ учинити, что государь хочеть землю Казанскую пожаловати, только царя и царицу отдадуть государю и крымцов всех достальных и детей их; а полону русского ни в которой им неволе не дрьжати, всем дати воля; а князем всем полон привести на Казанские устие, да отдати бояром, а достальной полон, как царь Шигалей на царьстве будеть, весь свободити, а казанцом весь отпустити, а в неволе не дрьжати. И Енбарс говорил: все де в государе воле, как их государь пожалуеть, так и учинять.

 

 

© Copyright 2017. "Историческая библиотека"